автор: Koito
название: Мы попробуем
пейринг/персонажи: Сасори/Дейдара
рейтинг: R
жанр: romance
предупреждения: Яой
дисклеймер: Все принадлежит законным владельцам
примечания: Написано для Kuro-sama и по его заказу. Ключевые слова: "марионтека", "слезы", "любовь", "невозможно"

Дверь со стуком ударилась о стену, жалобно заскрипев. Дейдара придержал ее ногой, наклонившись, чтобы взять валяющуюся на пороге газету. Стряхнул с нее песок, сунул под мышку.
- Эй, Сасори! – громко крикнул он.
Дей специально не добавил свое обычное «данна», чтобы позлить кукольника, выманить из спальни или из мастерской. Дейдара хотел, чтобы Сасори встретил его здесь в коридоре. Тогда можно было притвориться, что он дома. Можно было представить себе, что напарник ждал его, не находя места от беспокойства. Но Сасори никогда не спускался сам, предпочитая смотреть на Дейдару с вершины своей гордости. А Дей хотел всего лишь одного – хоть раз услышать на лестнице его торопливые шаги. Представить себе, как Сасори злобно сверкая глазами, спускается, запахивая халат, представить себе, как господин отчитывает его своим тонким детским голосом, а в его волосах пыль и запуталась деревянная стружка. Он бы обнял его, пачкая плащ о его промасленный рабочий передник, поцеловал в лоб. Да, это было бы так приятно. Ему даже не пришлось бы нагибаться. Сасори маленький, твердый, гладкий, как блестящая нарядная бусинка.
В полутемном коридоре было прохладно и тихо. Пахло сыростью и чем-то застарелым, как прокисшее молоко. Такой запах исходит от стариков. Запах умирания. Дейдара нахмурился, наступил на ботинок, стянул его с ноги и швырнул в угол. За первым ботинком последовал второй.
- Сасори-данна! – снова крикнул он – Я вернулся!
В глубине коридора по-прежнему было тихо.
- Черт подери, - выругался Дей, с досадой ударив кулаком по раскрытой ладони – Ну чего он такой упрямый всегда!
В этот раз он отсутствовал намного больше, чем обычно. По правде, Дейдара не сколько искал Однохвостого, сколько просто тянул время, праздно шатаясь по стране ветра. Толку от этого было никакого – у него по-прежнему не было ни одной зацепки. Если бы Сасори присоединился к поискам, дело пошло бы намного быстрее. Но его Величество предпочитало отсиживаться в мастерской день за днем сооружая новых марионеток. А с куклой Третьего Казекаге он чуть ли не обнимался. Таскал его везде за собой, как ребенок, придумывал ему все новые и новые безделушки, постепенно превращая в страшную по своей мощи боевую марионетку. Дейдара почувствовал укол ревности. Предпочесть его какой-то тупой кукле. Уму непостижимо!
Подрывник начал подниматься по лестнице наверх, держась за перила и насвистывая незатейливую песенку. Даже не верится, что месяц прошел. Месяц. Целый. А Сасори, наверное, даже и не заметил. Для него дни летят, как минуты. И правда, что значит время для нестареющего тела? Для вечной красоты?
На пролете лестницы неуклюже расположился Хируко, упираясь деревянным лицом в угол, как наказанный за провинность слуга. Дейдара потрепал его по черному хохолку и осторожно переступил через свернутый кольцами сегментный хвост – возможно, там еще остался яд. Мало ли. Он поднялся на второй этаж, пинком отшвырнув валяющуюся на дороге безногую марионетку. Через узкие заколоченные досками окна пробивался солнечный свет. В воздухе танцевала пыль. Не удержавшись, Дейдара чихнул. Тут было еще грязнее, чем внизу: пол был покрыт опилками, кое-где виднелись чернильные кляксы. Всюду сидели, стояли, лежали, повалившись на бок, безмолвные манекены. «Он что, никогда не убирается? – сердито подумал Дей – Ну и свалка!».
Мастерская была заперта, поэтому Дей направился в спальню. Было еще раннее воскресное утро, так что Сасори-сама, наверное, спит. Дейдара надеялся, что кукольник обрадуется ему, когда проснется. Сам он совсем извелся, шатаясь по стране в одиночку. Даже поговорить не с кем. Не будешь же спорить об искусстве со всяким сбродом?..
- Сасори-данна? – Дей приоткрыл дверь спальни и невольно застыл, во все глаза, глядя на открывшуюся ему картину. Проклятье, кажется, он раньше даже и не понимал, как он скучал по маленькому деревянному мерзавцу.
Сасори-данна сладко спал, разметавшись на кровати и сбив одеяло. Он неподвижно лежал на спине, слегка согнутые в локтях руки покоились на подушке, одна кисть с тонкими пальцами почти касалась лица. Утренний солнечный свет проникал сквозь окно, заливая кровать ярким золотом, так, что белые простыни светились, бросая на застывшее лицо Сасори отсветы. Если бы не запах свежей стружки и смазочного масла, Дейдара мог подумать, что напарник умер: болезненно-желтоватое лицо, даже во сне сохранявшее угрюмую серьезность, казалось абсолютно пустым и неподвижным. Подрывник тихо прикрыл за собой дверь и подошел к кровати, загородив Сасори от солнечного света. Его изломанная тень легла на смятые простыни, поколебавшись поползла дальше – Дей обошел кровать и встал у изголовья, рассматривая господина сверху вниз. Он облокотился на деревянную спинку, приблизив своё лицо к лицу Сасори настолько близко, насколько позволяла неудобная поза.
- Сасори-данна, - прошептал он почти нежно – Просыпайтесь.
Он подул на красную челку, а потом, повинуясь внезапному порыву, слегка коснулся его твердых губ, нагретых солнцем.
Кукольник немного пошевелился, веки его дрогнули.
- Чего это Вы дрыхните, да? – потянул Дей. Обычно Сасори просыпался мгновенно, как только чувствовал присутствие Дейдары в своей комнате, а тут… «Нет, определенно надо его вытащить в город, пока он не превратился в предмет мебели». - Подумал подрывник, выпрямляясь. Он подошел к столу у окна, заваленному деревянными деталями, бросил газету, и уселся на самый краешек столешницы. На столе валялись наполовину полные бутылочки с ядами, какие-то части марионеток и нераспечатанный набор тонких игл. Дейдара взял деревянную руку и подергал искусственный палец. Потом задумчиво почесал ей в голове и положил на место. За пустой перевернутой банкой обнаружилась еще одна рука, явно непригодная к употреблению: господин зачем-то исполосовал ее резцом. Еще там был мертвый паук и свитки, покрытые неразборчивыми расчетами и заметками. Дейдара машинально разгладил листы и тут его взгляд замер на верхнем свитке. В самом низу было аккуратно выведено его имя. А чуть ниже это же самое имя зачеркнуто с такой яростью, что перо процарапало бумагу насквозь. Дейдара сглотнул комок в горле и оглянулся на кукольника. Тот лежал в прежней позе, глядя на Дейдару широко открытыми красными глазами.
- Эмм… Сасори-данна? Уже проснулись? – преувеличенно бодрым голосом воскликнул Дейдара.
«Возможно, он даже и не спал, - мелькнула мысль – Лежал с закрытыми глазами». От этой мысли ему стало плохо.
- Проснулся. – Ответил Сасори холодно. Он встал с кровати и запахнул белый в красный цветок халат. – Кто разрешил тебе врываться в мою комнату без стука. – Не спрашивая, а утверждая, продолжил кукольник – В следующий раз я раскидаю на пороге ядовитые макибиши. Может быть, это тебя хоть чему-то научит.
Кровь бросилась Дейдаре в лицо:
- Вот как Вы меня приветствуете! Спасибо, да! Я тоже по Вам безумно скучал, знаете ли!
- И в следующий раз не надо меня… - Сасори скривился – целовать. Я не твой любимый внучок, Дейдара. Ты забываешься.
«Он не спал!»
- Что Вы говорите?.. – обиженно и едко спросил подрывник – Вам, наверное, приснилось!
Сасори, который занимался тем, что приглаживал растрепанные после сна волосы, замер и медленно обернулся через плечо:
- Ты что же, грубишь мне, Дейдара?..
Напарник резко отвернулся. Внутри всё кипело от возмущения. Эта холодность, это равнодушие, зачеркнутое имя, с яростью изрезанная деревянная рука, наказанный Хируко, Третий Казекаге, который расположился на стуле в углу и таращился на Дейдару провалами глаз, всё выводило его из себя. Ведь всё должно было быть не так! И Сасори ведет себя особенно отвратительно, будто Дейдара в чём-то виноват! Чувство обиды и несправедливости стало нестерпимым, подрывник резко обернулся, открыл рот…
Они заговорили вместе:
- Почему Вы так себя ведете?!
- Где ты шатался целый месяц?!
Сасори моргнул, развернулся и стремительно подошел к Дейдаре, схватив его за ворот плаща:
- Что значит, как я себя веду? Что тебя не устраивает?
Обычно спокойный кукольник чуть ли не кричал.
КРИЧАЛ на него.
- Я не Ваша марионетка!
- Месяц, Дейдара, МЕСЯЦ! И теперь ты приперся как не в чем не бывало, чмокнул, будто любимую куколку и думаешь, что все просто распрекрасно?!
- Причем тут это?! Все равно я Вам только мешаю, Вы же сами постоянно это говорите!
Сасори выпустил плащ напарника и отвернулся.
- Пошел вон.
Дейдара не поверил своим ушам:
- Что?..
- Я сказал, убирайся. Нечего вваливаться ко мне в комнату в грязном плаще. Весь пол в песке. – Голос Сасори звучал по-прежнему спокойно и холодно, будто не было этой внезапной вспышки.
Дей выпрямился и яростно шурша плащом направился к двери.
- Вы, господин Сасори, бессердечный человек, да. – Сказал он напоследок, взявшись за ручку.
- Может быть.
- Вы так спокойно об этом говорите.
- Что тебе еще нужно от меня, Дейдара? – устало – Я не понимаю. Ты то вертишься постоянно вокруг меня, то исчезаешь, чтобы потом появиться и вести себя как небывало. По-твоему это нормально?.. Я не требую к себе особого отношения, но Акацки работают парами, и удирать, ничего мне не сказав не слишком-то вежливо, не находишь?
- Вы совсем не обращаете на меня внимания, да. – Сказал Дей – Я не могу смириться с тем, что ко мне относятся, как к бездушной кукле.
Он уставился на Третьего Казекаге с затаенной неприязнью. Сасори проследил за его взглядом и рассержено повернул голову Третьего на 180 градусов, слегка шевельнув пальцами.
- Откуда ты знаешь, как я к тебе отношусь?
- Я просто хотел, чтобы Вы хотя бы раз меня встретили внизу. Вот и всё. – Безжизненно ответил Дейдара и открыл дверь – Я не знаю, почему Вы так ко мне относитесь, да. Порой мне кажется, что у Вас не только тело искусственное, но и душа мертвеет.
Глаза Сасори превратились в щелочки. Он сделал движение рукой, как будто стряхивал с кончиков пальцев капли яда, а потом потянул за невидимые нити на себя. Дейдара слишком поздно заметил, что тело ему не подчиняется – и вот он стоит на коленях около кукольника, связанный нитями чакры.
Дверь захлопнулась.
- Я еще не закончил с тобой разговаривать.
Дейдара опустил глаза.
- Хочешь знать причину?.. – тем временем продолжал Сасори, развязывая пояс халата – Хочешь все знать, да?
Дейдара смотрел в пол и упрямо молчал. Ему было не по себе. Разговор зашел о той теме, которую он отчаянно не хотел поднимать; нет, не то, что у них были какие-то взаимоотношения… просто они были вместе так давно, и так привыкли друг к другу. Халат с шелестом упал на пол.
- Посмотри на меня, Дейдара.
Напарник отчаянно замотал головой. На глаза навернулись слёзы.
Он не хотел этого видеть. Это было слишком жестоко.
Сасори усмехнулся и приподнял голову Дея, ухватив того за подбородок.
- Смотри. – Он провел ладонью по искусственной груди, ощупал выпуклость с иероглифом «Скорпион» и опустил ниже, проведя пальцем по намотанному на стержень стальному тросу в отверстии его живота. – Ну как тебе?
Сасори смотрел на него сверху вниз с каким-то злорадным торжеством. Красные глаза были распахнуты, зрачки превратились в точки.
- Ну что, нравлюсь?
Губы Дейдары задрожали, предательская слезинка поползла по щеке.
Он кивнул.
- Нравитесь.
- Да ну?
Кончик троса слегка качнулся, пополз вперед, неуловимо лаская щеку Дейдары. Даже отсюда подрывник слышал терпкий запах яда. «Всего лишь одна царапина – и я труп». – Подумал он, чувствуя, как лоб покрывается холодной испариной. Сасори внимательно следил за ним. Наконец, он убрал стальной стержень и накинул на плечи халат.
- Я тебе не верю.
- Это правда. – Сказал Дейдара, не в силах шевельнутся – вы мне очень нравитесь, Сасори-данна. Думаю, я…
В глазах кукольника вспыхнула злость.
- Мне надоело твое вранье!! – крикнул он, швыряя Дейдару к стене.
- Я… - Дей задохнулся – Я… серьёзно…
Сасори кинулся к нему и с силой впечатал ладони по обе стороны от головы Дея. Тот испуганно зажмурился.
- ПРЕКРАТИ! – заорал кукольник – Хватит надо мной издеваться! Я… - он перевел дыхание – Я ненавижу тебя.
Сасори прижал запястья Дея к стене, сдавив их и наклонившись над ним низко-низко, так, что его губы почти касались губ Дейдары.
- Я ненавижу тебя! Ты постоянно пытаешься меня унизить, ведь так?! Тебе это нравится?!! Ты думаешь, я не более чем бесчувственное полено, однако ты ошибаешься. Да-да, ты ошибаешься…
Сасори провел пальцем по щеке Дейдары.
- У меня есть душа. И она тоже может болеть, понимаешь?..
Отстранившись, он начал расстегивать форменный плащ Дейдары, кнопка за кнопкой. Его глаза не отрывались от глаз подрывника.
- Что… что Вы делаете…
- Что я делаю? – переспросил Сасори и, казалось, задумался – Да, что же я делаю?.. Как нелепо, правда?
Рука Сасори скользнула под широкий пояс штанов, и Дейдара почувствовал, как маленькие твердые пальцы осторожно касаются его самой нежной, самой чувствительной плоти. Его рука – там… Она двигалась, плавно, нежно принимая его в невыносимо сладкое, горячее кольцо пальцев. Дейдара запрокинул голову и закрыл глаза. Он не хотел этого, он даже не предполагал, что господин Сасори способен… сделать нечто подобное. Глаза Сасори не отрываясь следили за ним. Неподвижные губы ловили его сбивчивое дыхание, гладкое плечо прижималось к влажной горячей коже, слегка терлось о сетчатую ткань футболки. Поневоле Дейдара начал ощущать сладкое тепло, волнами расходящееся от низа живота. С мукой выгнувшись, он ухватился за плечо Сасори, намертво вцепившись в него, царапая ногтями полированное дерево его кожи. Обычному человеку, наверное, было бы больно, но Сасори только усмехнулся, продолжая изучать глазами раскрасневшееся лицо напарника. Казалось, он впитывает в себя эмоции Дейдары, наслаждается одним только видом его приоткрытых губ, напряженных пальцев, подрагивающих плеч. Его рука не останавливалась ни на секунду. В какой-то момент кукольник наклонился ближе к Дею, отвел назад светлую прядь и зашептал ему в ухо:
- Посмотри на себя. Ты уже тяжело дышишь… Нравится, да?.. Ты слаб. Ты жалок. Я презираю тебя.
Пальцы Дея дрогнули, скользнули по спине кукольника, легли на шею, крепко обнимая.
- Я презираю тебя. – Шептал Сасори, прижавшись к скользкому от пота лбу Дейдары – Ты отвратителен. Ты же просто глупый, шумный, никчемный человек. Я с легкостью убью тебя и тут же забуду об этом, веришь?.. Ты такой… несовершенный… почему?.. Не понимаю… это слабое, уродливое человеческое тело… Но почему, черт возьми, тогда я так жалею?!!..
По телу Дейдары волной пробежала дрожь, и он, коротко всхлипнув, кончил, обнимая Сасори, зарываясь пальцами в короткие красные волосы.
Сасори вытащил руку из штанов Дея и угрюмо уставился на перепачканные пальцы.
- Посмотри только, до чего ты меня довел, - безнадежно сказал он – до рукоблудства и тупых обвинений.
Он вытер пальцы о подол халата и опустился на кровать, обхватив руками голову. Вся поза напарника выражала такое отчаяние, что Дею, который сполз на пол и теперь переводил дыхание, невольно стало его жаль.
- Что ты со мной делаешь Дейдара?! – горько воскликнул Сасори. Голос его хрипло срывался, плечи подрагивали.
- Сасори-сама, Вы плачете?..
Сасори поднял голову и посмотрел на него:
- Думаешь, я умею?
Дейдара не нашелся с ответом.
- Если бы не ты, ничего бы этого не случилось!! – крикнул Сасори. Он был уже в опасной близости от истерики – Зачем ты постоянно вертишься вокруг меня?! Вбегаешь сюда, такой вечно счастливый, такой жизнерадостный?! Почему ты просто не можешь оставить меня в покое?! Что тебе надо от меня?! ЧТО?!!
- Я… просто…
- Если бы ты прекратил всё это… просто бы прекратил… месяц, целый месяц… каково мне было, ты хоть представляешь, Дейдара?.. Ты заставил меня пожалеть об этом. – Он приложил руку к груди. – И об этом. – Кукольник задрал рукав халата, проведя пальцами по
деревянной руке, гладкому шарниру вместо локтевого сгиба – Ты заставил меня желать тебя. Я мечтал обладать тобой, но просто не мог этого сделать. Ты заставил меня возненавидеть себя, свое прекрасное, совершенное тело! То, чему я посвятил всю свою жизнь… Что ж, Дейдара, ты своего добился. Ну и как? Счастлив теперь?!.. – крикнул он - Ненавижу тебя. Ненавижу. Ненавижу!
Он спрятал лицо в ладонях, раскачиваясь взад-вперед, как душевнобольной.
Пораженный до глубины души, Дейдара все же нашел в себе силы подняться. Нетвердым шагом он подошел к Сасори и просто обнял его.
- Убери от меня руки! – тонко вскрикнул кукольник – Мне не нужна твоя жалость!
- Это не жалость, да.
- Отстань от меня… - чуть не плача отбивался от него Сасори – И хватит уже сидеть на моей постели в этом чертовом грязном плаще…
- Прекратите… прекратите так вырываться… Вы делаете мне больно. Зачем Вы говорите такие жестокие вещи?.. Вы же знаете, что я очень Вас люблю.
- Ты? – Сасори склонил голову на бок – Любишь?
Дейдара кивнул.
Сасори помолчал немного, продолжая смотреть на него, а потом оттолкнул.
- Это невозможно. Уходи.
- По крайней мере, можно просто попробовать! – крикнул Дейдара, вскакивая – Почему Вы постоянно меня отталкиваете?! Почему вы постоянно строите из себя Гордого и Великого?!!..
- Я ничего из себя не строю. И ты последний человек, с которым я бы хотел обсуждать этот вопрос. – К Сасори вернулось самообладание – А теперь, пожалуйста, уйди. Я хочу побыть один.
- Какая подлость. – Дейдара поджал губы. – И после всего…
- Забудь об этом. – Прервал его кукольник.
- Нет! И я не уйду, да!
- Не испытывай моё терпение.
- А что Вы сделаете?! Еще раз меня изнасилуете?
У Сасори дернулась щека.
- Это было не…
- Не надо мне говорить, что это было, а что не было! Я прекрасно все помню! – Дейдара с раздражением сорвал с себя плащ и кинул на стул.
- Что ты делаешь? – мгновенно насторожился Сасори.
- Не сижу в чертовом плаще на Вашей чертовой постели! – рявкнул Дей, плюхнувшись на кровать рядом с ним.
Сасори сердито отвернулся от него.
Повисло молчание.
- Сасори-данна… - тихо позвал Дей. Он взял его руку, осторожно переплетая пальцы.
- Я устал… - не оборачиваясь, отозвался напарник.
Дей осторожно поднес его руку к губам и поцеловал.
- Я люблю Вас. Честно. Хоть вы и редкостная скотина, да.
- Ты опять это сказал. – Сасори развернулся и устало улыбнулся ему.
Дейдара улыбнулся в ответ.
- Повтори.
- Вы редкостная скотина.
- Не это.
- Я… я люблю Вас. – Дей обнял Сасори и буквально повис на нем – Давайте вместе позавтракаем? Я газету принес. Я бы мог потом смазать Ваши суставы, и…
Сасори погладил его по волосам, пропустив прядь волос сквозь пальцы.
- Ладно. – Сказал он – Ладно. Мы попробуем. Почему бы нет? Мы попробуем… быть вместе…